Последние комментарии

  • Иозеф Швейх18 апреля, 20:33
    Что можно сказать, кроме дура дурой? Но она не одна такая, в фильмах такой хрени навалом. Особенно с графом Калиостро.Влюбилась не в человека, а в образ
  • Elena Gazizova18 апреля, 15:00
    И где же такие мусорки  с хорошими мужиками? "А меня моя жена на мусорке подобрала. Отмыла, отчистила и себе забрала!"
  • Валентина Овчинникова18 апреля, 13:28
    У меня было подобное.. Влюбилась в голос...очень.. Но при жизни он оказался совсем не таким человеком... Голос не соо...Влюбилась не в человека, а в образ

И родила Наташа негра...И опять виноват получился святой Маврикий, великий дух печной трубы

От гормональных атак у юноши Серёжи прохудилась крыша, захотелось ему жениться. И нашёл он себе приятную женскую девушку Наташу. Совсем скоро эта Наташа родила Серёже забавного негритёнка Ванечку.

Кто не понимает в чём тут ирония, напомню: Отелло свою сколопендру задушил всего за подозрительный платочек.

А тут целый подозрительный негр родился. Даже не знаю, какой степени недоумения достиг бы Отелло, принеси Дездемона китайчонка в подоле. С ума сошёл бы, от невозможности адекватно реагировать.

- Это всё мама – быстро сказала роженица нехорошо запыхтевшему Серёже. Наташа как-то сразу догадалась, что оттереть ребёночка добела не выйдет.
– Мама же была в Москве, на Олимпиаде. Понимамаешь? - И добавила на всякий случай – Любимый!

Серёжа всё равно пыхтел и Наташа занавесилась от беседы обмороком. До лучших времён. А гинеколог тем временем объяснил Серёже про поколения синих и зелёных горошков. Что да, африканские гены через поколение могут кому хочешь настроение испортить.

Назавтра Наташина мама предположила, что дочь её - круглая дура. Наташин папа в юности сломал анонимную мужскую руку, дерзнувшую подарить маме василёк полевой 1 шт. Не хочется представлять, что и кому сломал бы папа, узнав такую интересную новость из своей молодости, как негр-полюбовник.

Вообще, редкий мужчина досидит до середины рассказа про любовь жены к чужому зимбабвийцу, не поломав чего-нибудь, полезного в быту. Их папа готов был многое простить маме за котлетки по-домашнему, но не всё в этой жизни измеряется едой. К тому же, он бы столько не съел, сколько надо съесть, чтоб простить негра.

И женщины решили вплести в алиби бабку. Как раз их дедка стал такой, от гнева мог разве что кашлянуть или пукнуть безвредно. И добрая бабка согласилась. Так и быть, сказала, пойду в этом деле паровозом.
Чтобы признаться, и в то же время не очень признаться, бабка слепила двусмысленную пулю про мавра, сошедшего к ней через печную трубу в далёком 58-м году, однажды, душной майской ночью. Якобы, то был дух чернокожего мученика Маврикия, католического негодяя.

Версия устроила всю деревню. Но особенно - бабку. Ей льстила бессильная дедкина ревность. И ещё, фантастические ночные негры приятно расцвечивают унылые воспоминания о колхозной молодости. Вот так, внучка на мамку, мамка на бабку, бабка на приведение - и выкрутились. Непонятно, как бы они дальше искали правду, потому что вдруг приехала Серёжина мама и во всём призналась. Довольно некстати, в смысле детективности.

Его звали Бонгани Боседе, он был тройной прыгун в длину. Но Серёжа родился бежевым ангелом. Мама всё взвесила и присудила победу над собой советскому бегуну Виталию.

Теперь обаятельный Бонгани был далеко, а сердитый Виталий рядом и всё ещё муж. Потому девочки не стали требовать пересмотра результатов олимпиады. Жизнь есть жизнь, сказала бабка и посмотрела мудрым взглядом на иконостас.

В переводе на мужской язык это значило, что опять во всём виноват святой Маврикий, великий дух печной трубы.

Автор - Слава Сэ

Популярное

))}
Loading...
наверх